Когда-то перестала делать записи в альбом, только в черновики.
Жаль.
Старалась вернуть себе эти альбомы. Прололжаю (урывками).

Я же многие годы вела дневник и создавала “альбомы” ежемесячно. Потом прекратила (оставляла просто по привычке записанное в черновиках) надолго. В этом году много перечитывала черновики (да и сами дневники, с удовольствием, тоже), почему бы не перевести из чернового в альбом (при моей-то любви к игре слов и ч/б)?

"…Мы день встречаем с кислой миной.
Улыбки наши – не всерьёз.
Листва свисает, как гардины.
Льёт дождь. И воздух полон слёз…"
Эрих Кестнер (с) перевод: К.Богатырёв

Мой зритель в большинстве неименитый,
И нам опора в жизни — большинство.
Столбы помоста врыты, доски сбиты,
И каждый ждет от нас невесть чего.
Все подымают брови в ожиданье,
Заранее готовя дань признанья.
Я всех их знаю и зажечь берусь,
Но в первый раз объят такой тревогой.
Хотя у них не избалован вкус,
Они прочли неисчислимо много.
Гёте, “Фауст” в переводе Бориса Пастернака

Туристическая пауза (и сейчас не очень важно, какой длины и отчего). Чтение - любимое занятие. Чтение "отзывов" о поездках, в литературе, да ещё исторической - втройне любимое. Села делать августовскую подборку: что было у меня. Оказалось, “перегруз” с чтением. Придётся выделить в отдельную запись, а то затеряется в длинном посте про жизнь в этом августе.

Нет ни волшебней, ни премудрей
Тебя, благоуханный край,
Где чешет золотые кудри
Над вечным Рейном — Лореляй.
"Германии". 1914

Строки из дневника Марины Цветаевой, 1919 год: Во мне много душ. Но главная моя душа — германская. Во мне много рек, но главная моя река — Рейн.

Сейчас мы не ходим в кабаки и не можем собираться вместе, а поэтому сидим дома и скучаем (зачёркнуто) читаем. То есть: я читаю много больше, чем раньше. И вспоминаю часто свои экскурсии и дюссельдорфские истории. Иногда вспоминаю, что давно уже ничего не рассказывала нового: то есть старого)). Я вот только что закончила читать роман "Альрауне*" (1911)…

В такое не хотелось верить, даже если следовало ожидать, в этом году ноябрь и декабрь оказались реально нереальными. Экскурсий, выходов, прогулок и встреч, да и записей “как ни в чём не бывало” нет.
Поэтому оставляю эту печально-лирическую “открытку” про эти два месяца здесь.

“о том, что ели на завтрак, обед и ужин, когда обстоятельства были не столь жёсткими, нам остаётся только гадать» - или продолжение про книги, еду, цветы - застольное и настольное. И забавное: есть, читать, смотреть на цветы и снова читать и есть…

Конец весны - почти лето. Вся весна была “не такая”, к маю все привыкли. Май был раньше моим любимым месяцем, в прошлом году он был трудным. В этом - легче, но тоже уже без энтузиазма. Хотя: цветы и чтение выручают. И в этом мае я принимала гостей - а это в наше время уже не “само собой разумеется”!

Вот такое читательское, журнальное, виртуальное, чтобы в странные для всех времена продолжать и "создавать себе наслаждения просвещенные, и роскошествовать с утонченностью и вкусом” - изучение и осмысление. На фото - просто белые (мои домашние) камни, моя метафора - она и про “свет знаний”, и про “гранит науки”, и про “время собирать и время разбрасывать камни”…

Давно я не делала подборки найденных и встреченных по пути дверей, но это не значит, что я перестала их находить и фотографировать, или что нет ничего достойного внимания. Есть! И коллекцию свою я пополняю и пересматриваю фотографии, помню где я их встречала, вижу изменения (да, иногда двери меняют “костюмы”), а вот несколько дверей дюссельдорфских, из последних - с весенних моих прогулок.